6LebPI4UAAAAAGgn0clfa5qMhKfi6yOTcEZzsKp5
Покорение дна
Подпишитесь:
Установите приложение «Твой Тренер» на Android, iPhone, компьютер.
О проекте | Помочь проекту | Реклама | Стать нашим автором | Рейтинг авторов | Политика конфиденциальности

Покорение дна

Автор: Тимко Илья - владыка всея сайта и фитнес-тренер | подробнее >>
Место в рейтинге авторов: вне конкурса    (стать автором)
Дата: 2019-05-11      Просмотры: 3 058     Оценка: 4.7
Все статьи автора >>

Скачать рассказ в PDF / в DOCX

Оглавление:

Если долго вглядываться в бездну,
То бездна начнёт вглядываться в тебя.
(Фридрих Ницше)

Глава 1: вступление

Перу, пустыня Атакама.

— Muchas gracias. Hasta la vista!

Я захлопнул дверь и помахал водиле рукой. Гружённый Freightliner сразу взревел и пополз дальше, оставив меня одного на панамериканском шоссе, на юге Перу. Подняв рюкзак и гитару, я огляделся по сторонам и зашагал не вдоль трассы, как обычно, а прочь от неё, вглубь пустыни.

Горы здесь были без скал, и полностью лишены какой бы то ни было растительности. В общем-то, как и вся Атакама. И именно этим мне нравилась эта пустыня. Кроме этого, горы были сглажены временем и ветром. В общем, по ним можно было идти по прямой вообще в любую сторону. Что я и сделал. Но направление моего движения было вполне чётким. От дороги – вглубь, в пустыню, в Анды. Соответственно, за спиной было панамериканское шоссе и далее за ним, примерно в 2-х километрах – Тихий Океан. А впереди – высокие холмы, которые постепенно превращались в горы.

Сегодня автостоп был не слишком удачный, и я проехал примерно 300 км. Но время ещё было. Был ранний вечер. Однако я больше не хотел голосовать. Были другие планы на сегодня. Когда я вылез из грузовика– я решил больше не голосовать. А решил: назначу ка я себе сегодня вечером свидание. С кем? – спросите вы. С самим собой, разумеется. Тут вроде больше не с кем ))

Вообще, свидание с самим собой – очень классная штука. И удобная. Во-первых, ты можешь назначить его когда ты хочешь и где ты хочешь. Во-вторых, на него никто никогда не опоздает.

Так как я собирался идти примерно час, то я вначале этой прогулки пристегнул гитару сзади к рюкзаку, чтобы не держать её в руках. Шагать было легко. Это не Сонора (пустыня на севере Мексики), где куча колючек, скорпионов, змей и прочего. Это Атакама. Здесь местами нет ничего. НИ ЧЕ ГО. Никакой растительности, никакой живности. Лунный пейзаж. Камни да песок. И как раз такие места мне почему-то очень нравились.

Идти было легко. Да, я постепенно поднимался вверх, но жары уже не было, и я поднимался не спеша. Шум трассы постепенно смолкал. Я обернулся. Сзади было красиво и пусто. Пуста пустыня и пуст океан. Солнце тоже было сзади. Ну, то есть, я поднимался к нему спиной. В общем, солнце заходило в океан. Хотя до захода было ещё часа 2  может быть.

Я уже набрал определённую высоту, но шёл всё дальше. Звук проезжающих по дороге машин ещё был слышен, а я хотел, чтобы трассу не было слышно вообще. Да и было ещё желание и время походить. Я просто шёл вперёд, вслушиваясь в шорох своих шагов. Шёл и шёл. Переходя с холма на более высокий холм. И так шёл примерно час, пока не понял: кроме своих шагов больше ничего не слышно.

Вообще ничего не слышно! Лишь ветер иногда дунет в уши, да затреплет лямки рюкзака.

Дойдя до вершины очередного холма. Я положил рюкзак с гитарой и огляделся.

Километрах в 5 от меня была трасса. За ней – океан. Всё было как на ладони. Солнце ещё не село. Сядет примерно через час – полтора. Возле места, где я кинул свои шмотки, было пару больших камней, на которых будет удобно облокотиться.

Хорошее место для свидания – подумал я.

Я сел на камень, сделал себе самокрутку из чистого табака и закурил. Надо было поставить палатку и одеться потеплее. Сейчас лето. Точнее, в северном полушарии лето. А здесь, в южном – зима. И ночью будет градусов 12, примерно. Не сильно холодно, но одеться не помешает.

Я курил и прислушивался к своим эмоциям. Был спокойный размеренный ПОХУИЗМ. Это хороший знак для подобных свиданий. Можно ещё назвать такое состояние словом: умиротворение. В общем, не было каких-то сильных эмоций. Наверное, этому во многом поспособствовало, то, что идёт уже шестой день моего путешествия. Достаточный срок для того, чтобы втянуться в него и забить мысленный хуй на какие-то сомнения.

Нужно ли говорить, что вокруг не было никого? Справа на горизонте был какой-то рыбацкий поселок. Километрах в 15, может быть. Я был один. Ещё неделю назад я был в своём доме в Краснодаре. А теперь и сижу в Перу в пустыне Атакама, на вершине горы, с гитарой и смотрю на тихий океан. Какой в этом вообще смысл?

Из верхнего кармана сумки и достал маленький кусочек фольги. В ней было завёрнуто 2 марки ЛСД. Достаточно сильные марки. Может быть 200 – 250 мкг ЛСД в каждой. Я достал их и покрутил в руках. Спрашивая себе в последний раз:

— Ты уверен?

— Время пришло, в гости отправиться, ждёт тебя старинный друг – спел я начало песенки из диснеевского Винни Пуха.

Да, свидание с собой, это такая штука… Это не свидание с девушкой, которое можно всегда прервать и уйти, если она не понравилась. От себя не уйдёшь. Не убежишь, не уплывёшь. Тут, как говориться: олл клюзив. Получите – распишитесь. За всё уплочено – получайте сполна. Поэтому, никогда не мешало лишний раз всё обдумать, пока ты ещё на берегу и не сел в лодку перед началом шторма.

Я вспомнил золотое правило психонавта:

Никогда, НИКОГДА не принимай большие дозировки ЛСД в одиночку. Всегда должен быть кто-то рядом, кто будет оставаться трезвый.

Однажды я нарушил это правило и поплатился за это. Больше я это правило не нарушал.

— Но на то они и правила, чтобы их нарушать, резвее не так? – сказал я вслух

— Если хочешь жрать – жри. Хули ты мозги сам себе ебёшь и ломаешься как тёлка перед первым аналом?

Ну что сказать. У меня какой-то дар к самоубеждению )) Я положил обе марки под верхнюю губу и стал раскладывать палатку.

 

Глава 2: начало

Прошёл примерно час. Диск солнца коснулся океана и на горизонте появились облака. Закат был ослепительно яркий. Он дрожал и переливался всеми красками. Облака как живые окутывали солнце, и океан тянул к нему свои руки. И это не я так упражняюсь  в эпитетах. Это началось действие ЛСД. По-прежнему было умиротворение и спокойный похуизм. Я ничего не ждал и ни к чему не готовился. Ибо к этому невозможно приготовиться.

Начало немного знобить. Это нормально. Я набросил на себя расстёгнутый спальник и облокотился спиной о камень. Тело начало постепенно слабеть. Но я просто хотел вот так сидеть в тепле и тишине и наблюдать за закатом. Ибо не было прекраснее заката ещё в моей жизни. Хотя я  понимал, что просто посидеть и полюбоваться закатом врядли получится. Но пока идёт, как идёт.

Что  вообще здесь делаю? – подумал я. Я здесь, просто потому, что мне захотелось купить билет на самолёт. Прилететь в Перу. Поездить автостопом. Погулять по пустыне. Закинуться ЛСД. Цепочка из МИЛЛИОНОВ выборов и решений привела меня сюда. Поэтому, вопрос «что я здесь делаю» - лишён всякого смысла.

Просто так получилось, что я стал тем, кем я стал и пришёл туда, куда сам пришел. Хотя, это прозвучало как-то неубедительно. Что значит «стал тем, кем я стал»? Я же сам это выбрал? Сам! И то, что я сюда пришёл – тоже мой выбор. Да и пришёл я сюда не сам, если уж так разобраться. Не понятно, в общем. Но вопрос «что я здесь делаю» по-прежнему был для меня лишён смысла.

Я встал. Захотелось пройтись. Одновременно со слабостью появилось желание потянуться и как-то размяться. Это всё нормально и знакомо. Засунув руки в карманы, я неспешно шагал туда – сюда. Главное – не отходить далеко от лагеря, ибо пиздец может подкрасться незаметно.

Ну какой же красивый закат. Я ещё раз окинул всю пустыню взглядом. Она вся двигалась! Каждый камень пришёл в движение и закружился хороводов вокруг меня. Солнце бросало последние ослепительно алые лучи на эти камни, превращая всю пустыню в безмолвную дискотеку. Пустыня плясала в этих лучах в обнимку с океаном, и не было ещё в моей жизни зрелища волшебнее.

И моя душа пела и плясала в унисон. Двигалось всё. Я понимал, что это только начало. Такие визуальные эффекты от приёма ЛСД доставляли мне удовольствие. Но это был только побочный эффект и отнюдь не самый главный. Я переводил взгляд с одного места на другое, и везде было движение. Краски были такие, как будто кто-то накрутил насыщенность на максимум. Всё приобрело пиксельно – зернистую форму. И всё это одновременно дрожало и двигалось в разные стороны.

Время. Время начало тормозить. Я знал, что за потерей ощущения времени, пойдут потери всех других ощущений. Я вернулся к камню, постелил пенку поудобнее, сел и стал слушать.

А что слушать? Слушать было нечего. Но я слышал. Ибо как пустыня была неподвижна, а потом пришла в движение, так же пришёл в движение и звук. Но я его не только слышал, но и ВИДЕЛ!

Каждое дуновение ветра в моих ушах рождало калейдоскоп ослепительно красивых узоров в пустыне. Я слышал, и пустыня знала, что я слышал, и танцевала под эти звуки вместе с океаном.

Я уже не чувствовал камня, на который облокотился. Тело стало как будто не моё. Его ощущение становилось всё меньше и меньше. И погладил себя по щеке: как будто вата. На всякий случай я положил возле себя фонарик и нож. Накинул на плечи спальник, чтобы не замёрзнуть. Точнее, чтобы тело не замёрзло.

Слабость всё больше наваливалась на меня. Сильно захотелось прилечь. Я прекрасно понимал, что когда я лягу и закрою глаза – начнётся самое интересное. А начаться может – всё что угодно. Я лёг на пенку и стал смотреть на звёзды, которые только-только начали появляться на ещё не полностью тёмном небе.

 

Глава 3: погружение

Мне не дали на них посмотреть. Глаза сами собой закрылись. Небо пропало. Время, начало тормозить как гружённый товарный состав: медленно, но неумолимо. До тех пор, пока в его существовании не исчез всякий смысл. Исчезла пустыня, пенка, одежда и потом пропало тело.

Всё происходило очень быстро. Будто кто-то быстро щёлкал выключатели один за один. Клац, клац, клац… Ощущения, которые связывали меня с окружающим миром, обрубались один за другим. Остался только звук. Одновременно громкий, далёкий, какой-то абсолютно сюрреалистичный и пугающий. Бездна внутри меня распахнулась и посмотрела мне прямо в душу. Да – красивая фраза. Красивая, но не  точная, ибо эта бездна и была моей душой. Она распахивалась всё сильнее, затягивала в себя, как в вакуум и тянула свои руки, нашёптывая мне – «Мы ждали тебя. Мы долго ждали тебя. Иди же к нам.»

Чёрное абсолютное ничто. Да, бездна, это самое точное название для этого. Увидевший это в первый раз может испытать не менее абсолютный и лютый ужас. Я это видел уже не в первый раз, но, признаюсь, что вначале я очканул, ноднако взял себя в руки и с мысленным криком:

— This is SPARTA!!!

Дал себе пинка прямо в эту бездну.

Но смелости мне это не придало. Некому было мне помочь и как-то поддержать меня. Я остался один на один с собой. Последняя соломинка, соединяющая меня с этим миром в виде звуков, стала всё больше отдаляться от меня. Звуки стали абсолютно нереальными, неродными,  пугающими и всё более далёкими. Эта последняя соломинка оборвалась, и я полетел в пропасть, ибо я не помнил уже кто я, где я, и что со мной. Ощущение причастности к этому материальному миру – покинуло меня, а вместе с ним оборвался и мост назад.

С этой секунды я больше не контролировал ситуацию. Ибо чтобы её контролировать, ты должен хотя бы ощущать себя и смочь ответить не вопрос: кто ты или что ты есть. А для этого ты должен иметь какую-то связь с действительностью через органы чувств. И вот эта связь обрывается. И даже те слабые сигналы, которые всё-же доходят до твоего мозга – уже никак ни хотят им восприниматься как что-то реальное и существующее на самом деле.

С этой секунды – мои мысли, это моя реальность. Другой просто нет. Нет Атакамы, Нет палатки, нет земли, моего тела, ветра, неба. Ничего нет. Реальность только в моей голове, но я этого уже не ощущал, ибо я всего этого уже не помнил. Нить порвалась, и я падал в этот лабиринт, абсолютно ни к чему не готовый, ибо к этому невозможно подготовиться и вся твоя подготовка обрывается ровно с этой самой секунды.

Ведь любой человек может с лёгкостью отделить свои мысли от реальности. Потому что реальность это то, что можно пощупать, видеть, услышать или вообще как-то ощутить каким-либо органом чувств. И человек может сравнить свои мысли и увидеть, что вот это - мысли, а это - реальность. Но когда органы чувств выключаются, то сравнивать мысли не с чем. Нет альтернативы! И у тебя только одна реальность: твои мысли! И вот эта чёрная бездна – эта теперь твоя реальность.

Нить оборвалась, и я внутри. Пропала способность воспринимать всё это только как часть мира, ибо всякое воспоминание о том, что за пределами этой бездны есть реальный мир – исчезло.

И сейчас лишь одну мысль я держал в голове: всё, что ты сейчас увидишь, почувствуешь и хоть как-то ощутишь – это и есть ты. И нечего извне. В этой встречи нет посторонних. Это свидание для одного. Поэтому: не бойся, и будь что будет.

Но эта мысль никак меня не спасала. Тревога нарастала. Я по-прежнему лежал с закрытыми глазами и мог видеть только то, что внутри меня. Звук в моей голове прогремел как-то особенно зловеще и недобро. Запахло пиздецом! Я до последнего надеялся, что всё обойдётся, но не обошлось. И началось…

На меня нахлынул страх. Абсолютный страх. В обычной жизни, когда ты чего-то боишься, то это или конкретные вещи, или человек, или конкретная ситуация. То есть ты может как-то попытаться избавиться от этого страха, устранив угрозу. Ну или как минимум понять, откуда эта угроза исходит. Но как сбежать от самого себя? Что делать, если страх в твоей голове, это просто абсолютный страх, у которого нет причины?

Время дёрнулось последний раз и остановилось как вкопанное. Теперь это страх без начала, без конца и без причины. А значит – без возможности от него убежать. Без вариантов.

Абсолютный животный страх! От которого не убежать. И не вынырнуть назад. Ибо когда ты заныриваешь глубоко, то напрочь забываешь дорогу обратно. Ибо больше нет никакого «обратно». Ни тела, ни пустыни. Ничего нет. Возвращаться просто некуда! Нет точки отсчёта. Есть только точка невозврата, которая забыта ровно в тот момент, когда была пройдена.

И так как мои мысли это теперь моя реальность, то страх начал вызывать видения. Ничего более мерзкого, страшного, отвратительного и ужасного я не видел в жизни. Это был клубок из таких отвратительных сущностей, которые ни один фильм ужасов не сможет и близко передать. Да и выключить этот фильм невозможно. Вместе с этим пришло отвращение, омерзение и чувство безнадёжности. Все эти твари абсолютно невозможным образом переплетались и роились вокруг меня и во мне. Они заполонили всё. Всю мою мерзкую, страшную и зловонную реальность. И эти чувства тоже полностью заполнили мою новую реальность.

Что-то подобное я испытывал и раньше. Да, было не так жёстко, но было. И я был к этому немного готов.  Чтобы не сойти с ума, я смог отрешиться от всего происходящего и включить контролируемую шизофрению.

Небольшое отступление

Обычный человек может думать единовременно только одну мысль. Да, вы можете скакать быстро с мысли на мысль, но это уже будет не в одно мгновение. То есть в итоге, все ваши мысли, быстрые они или нет, выстраиваются в одну линию. Так происходит в нормальном состоянии. А при шизофрении у вас идут одновременно 2 линии мыслей, которые никак не пересекаются. То есть по сути (да так оно и есть), в вашей голове получаются одновременно 2 разных человека, которые думают одновременно, но по разному.  Объединяет их то, что они пользуются одной базой данных: то есть, вашей памятью и опытом.

Кроме того, это не обязательно может быть именно раздвоение личности. Это может быть 3 и более личностей. При этом вы чувствуете себя вполне нормально. Да, это состояние не обычно, но само по себе оно не делает вас безумным и не мешает адекватно оценивать реальность. Просто я использую этот приём при употреблении ЛСД для защиты от самого себя.

При этом термин «контролируемая шизофрения» - я придумал сам. Я совершенно уверен, что это шизофрения. При этом, я осознаю, что в данный момент я шизофреник. Поэтому – она контролируемая. А для истинного шизофреника его раздвоение не осознаётся. То есть, он даже не видит в этом проблемы.

Конец отступления

Я как бы абстрагировался от всего происходящего и стал наблюдать за всем этим со стороны, ибо я не в силах было это выносить. Страх был абсолютным, без начала и без конца, и некуда было от него деться. И лишь мысленно бормотал:

— Неужели это я? Неужели всё это во мне? Неужели во мне столько говна?

Ответ был очевиден. На свидании с собой есть только ты. И валить больше не на кого. Все эти отвратительные твари не просто окружили меня. Они вливались в меня и исходили из меня, тем самым лишний раз подтверждая, что я – это они, а они – это я.

Я не знаю, сколько так продолжалось. Я понимал, что пока я в безопасности. Но отрешившись от всего этого, я утратил возможность идти дальше. Я будто бы сошёл с поезда, а надо было вернуться обратно на поезд, если я хочу ехать дальше. А как бы дал себе временную передышку и сошёл на перрон. Но поезд стоит и ждёт меня. И я прекрасно понимал, что самое «интересное» - впереди, но нужно было время, чтобы собрать яйца в кулак.

Было стойкое намерение идти до конца. И если это я, то мне ничего не остаётся, как принять себя таким, каким я есть. А это я и есть, и никто другой. Если это говно во мне, то это часть меня, нравится мне это или нет. И если я пришёл сюда, чтобы забиться в угол, посмотреть на эту вакханалию и вернуться обратно, то не надо было и начинать. Не хочешь срать – не мучай жопу!

И тогда я начал мысленно бормотать:

Возлюби свой страх

Возлюби свою ничтожность

Возлюби свою мерзость

Возлюби свою вонь

Для меня это была сейчас как молитва. Я вышел из тени, в которую поставил себя с помощью шизофрении, и шагнул навстречу себе. И я снова стал один. Я перестал быть наблюдателем. Отвратительные животные эмоции нахлынули на меня с новой силой. Я сделал ещё шаг и мысленно простёр руки

Возлюби свою похоть

Возлюби свою слабость

Возлюби свою подлость

— Давай! Показывай всё! – крикнул я сам в себя.

Я впитывал все эмоции в себя. Я пытался обнять себя, но ускользал сам от себя и обнимал лишь пустоту.

— Ну куда же ты? Иди ко мне! Вот я здесь. Нуже! Покажи мне всё! Я хочу знать, какой я. Вылей все говно, что есть. Сколько бы его не было - его не будет больше, чем я сам. Куда же ты!?

Я возлюбил себя и шёл навстречу к этим эмоция и этим тварям, как Христос, простерев руки. Шёл всё увереннее и твёрже. В какой-то момент настал перелом, и я осознал, что они все разбегаются от меня, стоит лишь мне сделать шаг в их сторону. Тогда я остановился и спокойно произнёс:

— Или идите все ко мне, чтобы я вас обнял, или пошли прочь отсюда.

В эту же секунду эмоции стали стихать, а  твари – уходить во тьму, ибо какой смысл бороться с самим собой. Это была победа. Я заглянул уже достаточно глубоко. Увидел себя, принял себя вот таким вот и только после этого мне открылись двери ещё глубже. Но так далеко я ещё никогда не заходил.

 

Глава 4: дно

Я снова падал. Эмоций уже не было. Звук пропал. Не было ничего, за что бы могло зацепиться моё сознание. Я как ботискаф «Триест» погружался на дно Марианской впадины. Я почувствовал, что уже где-то очень глубоко. Там, гуда не проникают ни звук, ни ощущения, ни даже эмоции. Ни даже осознание того, кто я есть. Только тьма и пустота.

Осознанность стала совершенно другой. Какой-то дефолтной что ли. Которая была по умолчанию. Трудно это описать, но, похоже, что я прибыл на конечную станцию.

Я огляделся. Была тишина и пустота. Полный вакуум. Я прислушался. Услышал где-то далеко – далеко какой-то звук. Тихий, монотонный и равномерный. Не знаю, сколько времени мне понадобилось, чтобы понять, что это моё дыхание. Точнее – дыхание моего тела, которое я оставил так далеко и давно, что уже и забыл где и когда это было. И тогда я вспомнил, что у меня есть тело. И оно где-то далеко. В любом случае, есть у меня тело или нет, меня это сейчас волновало меньше всего. Это было просто неважно. А может, мне это только кажется, и никакого тела у меня никогда и не было?

— В этой жизни, друг мой, нам всё только кажется. Просто, когда нам кажется очень сильно, мы говорим, что знаем это. Вот и вся разница! ))

Что за нахуй! Я вроде прибыл на эту конечную станцию один и все твари остались позади.  Голос этот был спокойный, с ноткой юмора и снисходительности.

— Ты кто?

—Знаешь - сказал голос - вот смотрю на тебя и думаю. Ты же как-то смог до сюда дойти? Смог. Значит не тупой? Да вроде не тупой. Ну тогда почему ты такой тупой?

— Но здесь кроме меня никого не может быть.

— Ты прав. И какой вывод ты можешь из этого сделать? – мой собеседник подталкивал меня к дальнейшим размышлениям

— … Ты, это я, что ли?

- Бинго! Поразительно, Гениально! Слушай, зачем тебе этим тренерством заниматься? Фитнесу людей учить? Ты бы смог стать гениальным сыщиком. С таким-то прокаченным дедуктивным методом.

— Да хорош глумиться.

— Ты это мне говоришь?

— Да, блять, а кому? – я начинал терять терпение

Голос заржал и начал просто кататься от смеха.

— Ты это себе говоришь, придурок! Тут кроме тебя никого нет.

И тут я понял, что это уже нифига не контролируемая шизофрения. А самая настоящая.

— Да ладно, не парься. Что ты тут собрался контролировать? Тут только ты. Всем остальным вход запрещён.

— Я в своём подсознании?

— Нет. Подсознание было выше. Весь этот страх и жуткие рожи – это и было твоё подсознание. А это дно. Конечная станция. Финиш. Всё, приехали! Ну как тебе ещё это объяснить?

— Ээээ, погоди – я недоумевал – а почему тут пустота?

Мой собеседник посмотрел на меня. По его лицу было видно, что он понимал, что так легко он от меня не отделается, и что собеседник, то есть я, ему достался, прямо таки скажем, ума не далёкого.

— Ладно… В общем, раз ты до сюда дошёл, то готов всё это воспринять. Правильно ли я понимаю, что ты хотел дойти до конца и понять, кто же ты есть на самом деле, если убрать всё комплексы, предрассудки и прочею шелуху, которой ты оброс за свою жизнь?

— Да, так и есть.

— Так вот, чувак, ты на самом дне. НИЖЕ НЕКУДА. Всё! Это конец! Поздравляю! Ты дошёл. Правда, чуть не обосрался по дороге, но это уже мелочи ))

— Дойти то я может и дошёл, но пока что ничего не понял.

— Ты понял, мой маленький недальновидный дружок. Сюда случайно не попадают. Ты всё уже понял, а если быть точным – ОСОЗНАЛ, но боишься впустить это в свой разум.  Правда, деваться тебе уже некуда. Раньше надо было думать, когда ЛСД собирался жрать. – и он опять залился хохотом.

И наши глаза встретились. Точнее, не глаза, конечно. Мы заглянули друг в друга и слились воедино на мгновение, и я понял. Нет не понял – осознал. Нет, не осознал, я почувствовал. Я не знаю, как это описать.

Я стоял и ловил ртом воздух как рыба, не в силах что либо произнесли, ибо это осознание было выше слов и выше каких-то форм или образов.

— Ну а теперь, друг мой, пока ты охуеваешь, позволь я возьму труд на себя и расскажу тебе словами, что ты сейчас понял. Конечно, довольно быстро ты это и сам сформулируешь, но я не могу себе отказать в таком удовольствие. – Голос сказал это довольно официальным тоном, но было видно, что его всё это сильно забавляет.

— И ещё. Забыл предупредить. Всё что ты сейчас услышишь – ты воспримешь как истину в последней инстанции. Я мог бы этого, конечно, и не говорить, так как выбора у тебя всё равно нет, и обратной дороги тоже нет, но мне нравится методичный подход ко всему, что я делаю.

Я всё это понимал. Да я и так уже всё понял, но мне нужны были слова.

— Смотри, за всю свою жизнь ты получил огромное количество информации. Через глаза, уши, язык, кожу, анал…

— Не пизди! Через анал я ничего не получал!

- А блин, подъёбать тебя хотел...

— Обосраться и не встать, как смешно. Шутки у тебя, ебанутые.

— У меня?

— Ну не у меня…. же..

Я понял, что опять ступил. Голос опять начал просто дико ржать.

— У тебя, у тебя, мой юный друг )) Ладно. Так вот, скажи, ты всё помнишь досконально, что было в твоей жизни?

— Нет, конечно. Лишь поверхностно. Воспоминания стираются.

— Они не стираются. То, что ты можешь воспроизвести в своей памяти – это сознательное. Для простоты назовём это опыт. Ты можешь с этим опытом взаимодействовать, извлекать из него выводы, как-то его обобщать и применять. В общем, всячески с ним оперировать. Причём делать это осознанно и применять к этому разум, логику, и прочую поеботину.

Но. Это всего несколько процентов от всей твоей памяти. Вся остальная память тоже храниться в тебе. Но ты её не можешь вспомнить. И ОСОЗНАННО никак не можешь с ней взаимодействовать. Это и есть подсознательное. Оно невидимое, но есть.

— Подожди. Ты сказал, что то, что было выше, весь этот ужас, это и есть моё подсознание.

— Именно!

— Но это же полное говнище! Тогда у меня в голове твориться просто жесть какая-то.

— Именно!

— Хуименно! Неужели нет во мне ничего светлого? Я в это не верю!

— Я тебе не верююю! Ты - сон вчерашний, который мнеее пророчит слёзы! – запел мой собеседник, подражая Лепсу.

— Пиздец, тебе медведь на ухо наступил.

— Не мне, а тебе ))

— Ближе к делу!

— Ну смотри.  Сейчас в основном ты чувствовал страх и ужас. Правильно? Правильно. Скажи мне, как часто в жизни ты испытываешь чувство любви и как часто – чувство страха?

Я открыл рот, и тут же его закрыл. Страх. Он был со мной каждый день. Мелкий и крупный. Любой. Страх показаться смешным, страх потери денег, здоровья, страх отношений, страх потери отношений, страх… страх… А любовь? Мимолётное чувство, которое быстро уходит, и ты снова его ищешь. Может быть даже годы. Да, бывают времена, когда любви в моей жизни достаточно. Но они бывают иногда. А вот страха в моей жизни много всегда.

— Понимаешь - продолжал голос – если с сознательным ты оперируешь осознанно и с помощью логики, то разуму доступ в подсознательное закрыт. Там правят бал лишь эмоции. И сейчас ты просто ощущал те эмоции, которых в твоём подсознании больше всего. Вот и всё. Самая твоя частая эмоция страх. Ты его накопил больше всего. Вот ты его и получил.

— Но это же пиздец!

— Ну да, ну ужас, конечно, но не ужас, ужас, ужас. – опять он заржал. - Но если тебе от этого будет проще, то у других не лучше дела обстоят. Даже хуже.

— Куда ещё хуже?

— Не мерь своим мерилом. У каждого своё дно и свой передел.

— И что, с этим ничего нельзя сделать?

— Ну ты же не можешь полностью перестать бояться, например? Или всегда ощущать любовь? Имеем то, что имеем. И работать приходится с тем, что имеем. Однако ты можешь попытаться меньше бояться и больше любить, например.

— Ладно, это я потом переварю…

— Переваришь, переваришь, никуда не денешься – ехидно перебил голос. И мне что-то не понравился его намёк.

— Хорошо. Прошёл я подсознание. Но здесь пусто. Если ты говоришь, что это дно, то тогда получается…

— А что тогда получается? – снова перебил голос

— Получается…

— Брюки превращаются… Превращаются брюки – сказал голос знаменитую фразу из фильма. И посмотрел мне в глаза.

Короткая пауза длилась одновременно вечность и мгновение. Пазл начал складываться. Он складывался сам собой, без участия логики и ли каких-то мыслительных способностей с моей стороны.

— Давай! Тужься! Тужься! Я верю в тебя, мой мальчик ))

Этот клоун мне одновременно и нравился и вымораживал меня. Но мне уже было не до этого. Он говорил что-то ещё, но я его уже не слышал. Я не отрывал взгляда от его глаз… И вдруг… Щёлк! Последняя фигурка легла на место.

— Нет…. – только и смог выдавить я.

— Да. Именно так, друг мой. Именно так.

Нет никакого «Я». Нет ничего того, что мы называем душой. Есть просто набор памяти. Это и есть душа. Это и есть наше «Я». Верхушка айзберга – это сознательное. Все что под водой – подсознание. Всё! Если убрать всё эту память, то личность прекратит своё существование. Мы приходим в этот мир с полным отсутствием «Я» / души / личности. Называйте как хотите. И формируем эту личность всю жизнь, накапливая память. А глубже этого айсберга нет ничего.

— И всё что ты здесь видишь, а ты не видишь ничего, это и есть ты. Пустота. Вакуум. И при рождении каждый из нас просто ноль без палочки. Убери всю твою память, и ты снова станешь новорождённым младенцем. И всё по новой. Если ты умрёшь, то всё. Баста! Никакая душа никуда не переселиться, потому что нечему переселяться.

Я просто молчал и смотрел не него.

— Так что, мой друг, как только ты сюда попал - обратной дороги нет. Ты же хотел сюда попасть? Вот: получите – распишитесь.

Мой собеседник взял паузу, чтобы я лучше смог всё это переварить. А потом продолжал.

— Ну скажи мне, - он заговорщицки понизил голос – хуёво осознавать что тебя не существует? Что нет какой-то сердцевины, а есть только шелуха в виде памяти. Есть старая шелуха, есть новая, но это сути не меняет.  Вот ты конфетку слой за слоем разворачиваешь, а в итоге ничего и нет.

— Мне нужно подумать…

— Это бесполезно. Такие вещи не думаются. Ты либо их принимаешь, либо не принимаешь. Но я тебе предупредил в начале, что всё, что ты здесь узнаешь, ты примешь. Без вариантов, мой друг )

— То есть смысл этого места, это узнать, что никакого «Я» и никакой души в её стандартном понимании не существует?

— Ты у меня спрашиваешь? – голос снисходительно улыбался. Да и вообще, постоянно чувствовалось, что он общается со мной, как с несмышленым ребёнком.  Он немного помолчал и добавил.

— А ты сам подумай. Неужели ты думаешь, что это место существует только для того, чтобы я нёс тут тебе всякую хуету, а ты слушал это, развесив уши? Думать так, это всё равно, что поковыряться ручкой ложки в носу и думать, что ложка существует для ковыряния в носу. Да, ей можно и в носу поковыряться, но она не для этого сделана.

Он снова подождал, чтобы дать мне время немного поразмыслить и продолжал.

— Вот вокруг пустота. Есть только мы с тобой. Что сейчас существует для тебя во всей вселенной. Вот в этот самый миг?

— Я и ты. И всё.

— Ну…?

— Ну, раз я, это ты, а ты – это просто голос в моей голове, то существует только этот голос. Ну, то есть существую только я и то, только лишь в виде голоса.

— И….? – впервые глаза у моего собеседника заблестели как-то очень серьёзно. Теперь он стал действительно серьёзен и сосредоточен. Исчез этот клоун, готовый меня подъёбывать и развлекать при этом сам себя. Он смотрел на меня как отец на сына, который что-то очень долго объяснял сыну и ждёт от него просто последний шаг.

— Всё, что существует сейчас для меня, это голос моего разума. Получается, что он звучит в пустоте, ибо со всем остальным миром я уже попрощался – рассуждал я дальше. - Так? Так.  Я спустился сюда, где нет ничего. Вообще ничего. Зачем? Зачем это место? Ведь я как-то смог сюда попасть? И вот я пришёл и стою здесь посреди пустоты. А раз вокруг пустота, то и взаимодействовать не с чем. Не с чем взаимодействовать… А надо ли вообще это делать здесь? Ведь, наверно, пустота здесь для этого и нужна, чтобы… Чтобы что? Что я должен с ней сделать?

И тут осознание просто и ясное накрыло меня. Мне остался последний шаг. Я взглянул ещё раз на своего собеседника и понял. И он тоже понял, что я понял.

Я ДОЛЖЕН ПРОСТО ЗАТКНУТЬСЯ

Поток мыслей остановился. Голос исчез, и вместе с ним исчез и Я. Пустота стала абсолютной.

Я больше не был Ильей. Я был всей Вселенной! Я был пустотой, размером с космос. Я был всем, что есть в этом мире, и ничем одновременно. Мой разум взорвался огнём сверхновой и в одно мгновение стал бесконечен во времени пространстве.

Последний рубеж сознания – голос в моей голове – исчёз. И больше не стало преград. И больше не стало ничего!

Не было эмоций, мыслей и какого-то внутреннего диалога вообще. Я был всей вселенной! Потому что я всегда был ей. Не крохотной частью, а всем миром! Всем космосом. Всей пустотой! Ибо невозможно пустоту растворить в пустоте. И везде где есть пустота – был я. И я был везде, ибо всё есть пустота.

Я больше не был Ильей, не был автостопщиком, фитнес-тренером. И не был никем. И я был всем. Пустота – это свобода.

В мгновение я стал размером с вселенную. Всё что мне оставалось сделать – замолчать. Просто замолчать. Моё сознание, прикованное постоянно к потоку мыслей или цепляющееся за ту информация, которую оно получает через глаза, уши и так далее, перестало что-либо сдерживать. Разве есть границы у сознания? Разве есть границы у пустоты. Это было как ослепительная вспышка, потрясшая весь космос!

Я стал вселенной! Мгновенно. Просто так! Бесплатно! без регистрации и смс! Я стал бесконечной пустотой!

 

Глава 5: прощание

— Как жизнь? – голос снова появился.

Он вывел меня из оцепенения, в котором я находился. Он смотрел на меня с пониманием и улыбкой, но уже не глумился. Я посмотрел на него, пытаясь сообразить, как долго я был в этом состоянии, но понял, что это абсолютно не имеет никакого значения. В начале я хотел спросить: что это такое было? Но понял всю бессмысленность этого вопроса. Вместо этого я спросил:

— Что мне теперь с этим делать?

— А ты уже всё сделал, братан. Цепная реакция запущена, бикфордов шнур зажжён, обратный отсчёт запущен. It's a final countdown! – запел он строчку из песни группы Europe. - И обратной дороги нет. Всё что я тебе сказал до этого – это говно на палочке, в стеклянной баночке, по сравнению с тем, что ты сейчас испытал. Весь наш диалог, который был и который сейчас, это просто болтовня двух приятелей. И дошёл ты до конечной станции именно для того, чтобы это испытать. И делать с этим ничего не надо. ОНО с тобой сделает всё что надо. Просто раздвинь булки и получай удовольствие. - Голос опять засмеялся, но уже не так негромко и совсем не обидно.

— А анализ…

— Хуялиз! Это невозможно проанализировать, друг мой )) Невозможно и не нужно. Всё! Мышеловка захлопнулась. Петух в супе! Раба на крючке. Вспомни, почему ты здесь? Да ты сейчас уже и не вспомнишь. Ты здесь. Потому что тебя не устраивала твоя картина мира. Получите – распишите. Поверь мне, сегодня было представление по полной программе. Мало тебе не покажется. Даю гарантию, или вернём деньги. – он опять засмеялся.

Я сидел, погружённый в свои мысли.

— И как мне теперь с этим жить?

— День за днём, мой друг. День за днём. – он улыбнулся. – Я тебе уже говорил, что наш разговор, это просто пустая болтовня. Не более. Я здесь лишь, чтобы подстраховать тебя ну и поразвлекаться за твой счёт )

— Слушай, вот я думаю, ты утверждаешь, что ты, это я. Так?

— Ага – скучающим тоном ответил мой собеседник.

— Но ведь очевидно, что мы думаем по-разному и мысли  у нас разные. Что понятно тебе – не понятно мне. Как мы можем быть одним и тем же человеком?

— Да ты умнеешь на глаза, как я погляжу – опять раздался звонкий смех. Я его не перебивал. Дал досмеяться.

— Я, это новый ты. А ты – это старый ты. – ответ он наконец.

— Из будущего, что ли?

— Да какого нахуй будущего. Ёбнулся ты в конец что ли? Меньше всякой этой хуйни смотри. Просто я - новый, а ты – старый. У нас один и те же воспоминания, но на мир мы смотрим по-разному. Всё. Тебе вообще это знать не обязательно. Всё что надо знать, ты уже узнал. А точнее – осознал, когда наконец заткнулся. Всё остальное – хуйня.

— То есть всё? На сегодня концерт окончен?

— Ну  ты охуевший тип. – сказал он удивлённо. – Весь в меня! Ты сегодня получил по полной программе. С антрактом и с выходом на бис и всё чё хочешь. А тебе мало? Если хочешь, то можем ещё поболтать. Но это так, для развлечения больше.

Я задумался. Но думать уже было тяжело. Погружение сильно вымотало меня. И начала нарастать какая-то грусть. Думать вообще не хотелось. Мой собеседник поймал мой взгляд.

— Что, друг мой, грустно расставаться? Как будто расстаешься со старым приятелем.

— Ты знаешь, да. – я удивился этой новой мысли. - Ты прав. Именно так. Как будто мы с тобой всю жизнь знакомы…. – я задумался – А ведь мы с тобой действительно  всю жизнь и знакомы.

— Ну конечно. Ты умнеешь на глазах… Умнеешь на глазах… И мне, похоже, больше нечему тебя учить.

Я  впервые почувствовал грусть в его голосе. Он больше не был клоуном, потешающимся над моей тупостью. Он больше не был и отцом, который учит сына. Я посмотрел на него. И действительно увидел грусть в его глазах. И не только грусть. Он смотрел теперь на меня, как на равного себе. Слегка улыбаясь и абсолютно серьёзно.

Я молчал. Я просто вглядывался в его глаза. Куда делся самоуверенный весельчак? Мне показалось, что я теперь знаю всё, что знает он. Или почти всё?

— Ты умнеешь на глазах, друг мой. Всё схватываешь не лету. Я горжусь тобой )

Я потряс головой. Нет, этого не может быть. Хватит с меня таких охуевших озарений. Слишком много за один раз!

— Не бывает слишком много, мой друг – сказал мой учитель. -  И не бывает слишком мало. Бывает только в самый раз )

Я сидел в полном шоке. И мой собеседник устало и грустно смотрел на меня. И теперь я понял это окончательно.

Мы с ним поменялись местами!

Старый Я, тот самый Я, который только что спустился в эту бездну, теперь сидел и смотрел на меня. Ему больше нечего было мне сказать. А мне больше не нужно было ничего у него спрашивать. Всё! Миссия выполнена. Эстафета передана. Просто вот так вот? Вот так просто и всё?

— Мавр сделал дело, мавр может уходить – сказал мой друг. – Таков закон. Таков порядок. Мне жаль, приятель, но есть вещи сильней. Я правда не хотел чтобы вот так вот всё закончилось. Я хотел после твоей остановки внутреннего диалога  просто перекинуться парой слов и попрощаться. Но ты всё понял сам. И поэтому я и говорил тебе в начале, что обратной дороги нет. Тот Ты, который спустился сюда – уже никогда не вёрнётся назад.

— Ты не серчай, что пришлось лишить тебя девственности так жёстко, без смазки и предварительных ласк, но по-другому – никак.

Эту шутку нельзя было назвать даже попыткой пошутить. Мы просто молча смотрели друг на друга. Затем он продолжил.

— И запомни – слишком много или слишком мало не бывает. Бывает только в самый раз. Ступай и не оборачивайся. Хотя зачем я это говорю. Всё равно не послушаешь «старого» приятеля.

Он подчеркнул слово «старый», с грустной иронией намекая на то, что старый здесь уже он.

— Пиздуй – бороздуй!

И голос засмеялся в последний раз. Засмеялся как-то одновременно  и весело, и с грустью, и с усталостью, и с чувством выполненного долга. Я взглянул на него в последний раз и открыл глаза.

 

Глава 6: возвращение

Яркие звёзды плясали свои хороводы. Тело взмокло от пота под спальником. Я сел. Немного посидел, а потом решил пройтись.

ЛСД ещё действует и будет действовать долго, но погружения уже не будет. Я это точно знал. Всё что я мог увидеть, я уже увидел. По-прежнему каждый камень в пустыне двигался. Ночь была довольно ясная. Слабость всё так же не покидала меня. Я медленно ходил взад-вперёд.

Почему не постепенно? Почему вот так вот, просто передали эстафету и дали пинка под зад. Это слишком жестоко? Не бывает слишком – бывает только в самый раз, вспомнил я. В конце концов, я сам этого хотел. И если бы был не готов, то этого бы и не было.

Воистину, не бывает слишком. Бывает только в самый раз.

Я остановился. Тело немного вздрогнуло. Потом сильнее. Вдруг слёзы лавиной подкатили к горлу. Я упал на колени. И зарыдал. Завыл. В голос. Со всей силы. С всхлипами и соплями. В истерике. Сначала я не понимал причины. Я просто рыдал. Минуту, пять, десять. Стоя на коленях, сгорбленный и обессиленный. И потом сквозь рыдания я почувствовал тоску. Тоску абсолютную, как совсем недавно чувствовал абсолютный страх. Тоску животную без начала и конца.

Я чувствовал как внутри меня старый Я корчится от боли на последнем дыхании. Как он, рвя канаты и цепи понимания прошлого мира, уходит во тьму. Навсегда! Змея сбрасывает старую кожу. Никто меня не спрашивал, как это сделать безболезненнее. Всё рушится и выдирается с мясом. Прямо здесь и сейчас. Бесцеремонно. Получите – распишитесь. И новый «Я» рыдает от тоски по своей старой шкуре. Это прощание с лучшим другом, с которым прошагал весь мир, но дальше не по пути и пора расставаться.

Я рыдал и рыдал. Как будто навсегда оставляю часть себя в своем старом себе, который навсегда остался там на дне. Блять! Да это не я вышел оттуда! Это он – новый Я вернулся назад. А Я старый остался там. Исчез. Навсегда! Исчез в тот момент, когда там, на самом дне, я замолчал и растворился в пустоте. Точка невозврата пройдена.

Понимание, отчётливое и сосредоточенное пришло. Понимание того, что я никогда уже не буду прежним. Старый мир у меня в голове рвётся на части. И я не знаю, что мне теперь делать. Теперь новый я держит за руку старого и кричит в голос:

— Не оставляй меня! Что мне с этим делать!? Как мне с этим жить!!?

— День за днём, мой друг… День за днём…

Жуткий вопль пронзил мой слух. Это я вложил последние силы в этот вопль тоски и отчаяния. Я держал старого себя за руку, но я держал уже труп. Его уже не было и больше никогда не будет. И как младенец ознаменовывает своё рождение первым криком, так и мой вопль был рождением нового человека.

Я повалился на пенку в слезах и без сил. Я был эмоционально выжат и опустошен. Как воин, вернувшийся с битвы весь в шрамах и ранах. Тяжелейший эмоциональный и психический шок прибил меня к земле и лишил эмоций.  Мой лучший друг меня оставил. Бросил.  Я сам себе дал новый мир и сам себя оставил. Таков закон.

Я просто лежал и смотрел на звёзды. Впереди будет долгая бессонная ночь и новая, но слишком короткая жизнь. Но воистину не бывает слишком. Бывает только в самый раз.

Скачать рассказ в PDF / в DOCX

Оцените материал:

Нашли ошибку в статье? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl + Enter. И мы её исправим!

ПОДЕЛИТЕСЬ ПОДПИШИТЕСЬ
Наш видеоканал Наш инстраграм Группа в контакте Группа в facebook Группа в одноклассниках Страница в twitter        
Похожие статьиЛучшие статьиНовые статьи
КОММЕНТАРИИ

Почта автора сайта: info@tvoytrener.com
Дневник    Тренировки    Упражнения    Диеты    Калькуляторы    Статьи    Спросить    Анкеты    Реклама